Слова 5, 6 из корпуса «33 Слов» (Orationes [Dub.])

О тех, кому следует причащаться божественных Тайн. И кто недостойно ест и пьет Тело и Кровь Христовы, как говорит апостол¹⁴.

Говорят отцы, что подобно тому, как некий знатный и богатый человек, если оставит протоптанную и прямую дорогу, пойдя непроходимой и пустынной, и впадет в руки разбойников, снимает с себя красивую одежду, а они одевают его в зловонные лохмотья, пахнущие мясом и кровью, и оставляют вместе с собой объедаться как и они, пьянствовать, предаваться разврату и разбойничать; а он, находя удовольствие в обжорстве, пьянстве и нечистых делах и привыкая со временем к нечистой и разбойнической жизни, как будто забывает и о всех родственниках, и о прежнем своем благородном, размеренном и почтенном образе жизни, поскольку совершенно охладела в нем любовь к благочестию¹⁵; так же и человек-христианин, если оставит путь, приличный христианам и пойдет [путем] диавольским, то есть, оставит целомудрие, умеренную жизнь, пребывание в благочестии, и возлюбит суету: неправду, любостяжание и хищение, а от них перейдет к нечистоте, блуду и распутству и, [несмотря на то, что] он таков, станет гоняться за человеческой славой и, идя таким путем, впадет в руки демонов, то бывает с ним, что лишается он даже и [одеяния] Святого Крещения. И признак этого – если он скажет, что совершенно не может сопротивляться распутству, кроме того времени, когда он пресыщен постыднейшими [страстями]; а особенно – если он дерзнет причащаться пречистого Тела и честной Крови Христовых. В этом случае горе и преподающему, и причащающемуся! Второму – потому что сколько причащается совершающий постыдные дела, настолько более порабощается диаволом по причине его бесстыдства и дерзости, ибо [в этом случае] оставляет его Бог, как пишет и Евангелие об Иуде, что, когда Господь на божественной Вечери обмакнул кусок и подал Иуде, после того, как он принял его, вошел в него сатана¹⁶; преподающему же [горе] потому, что того, кто недостоин и ступить в храм Божий, он удостаивает пречистых Тела и Крови, [тогда как] всякому христианину возбраняется даже есть вместе с ним. Ведь апостол говорит: «Если кто, называясь братом, остается блудником, или лихоимцем, или злоречивым, или пьяницею, или хищником; с таким даже и не есть вместе»¹⁷. Видишь, что он уже даже и не брат, а только лишь называется им, и [ясно,] почему осужден преподающий: потому что человека, согрешающего по недоразумению, делает совершенным врагом Богу.

Но такого надо убеждать кроткими словами, напоминать ему об ожидающих грешников страшных наказаниях и увещевать, – или как ведомого за руку слепого, потому что и слепых мы не наказываем, а ведем, или как безумного, который достоин жалости, поскольку страдает от диавольского насилия, – чтобы отверз Господь его уши, и смог он хотя бы немного познать свое нечестие и через покаяние вновь был призван в страну верных. Ведь таковой стал нечестивым: если бы он имел благоговение ко Христу и знал, что Бог не любит беззакония, так как сказано: «У Тебя не водворится злой; нечестивые не пребудут пред очами Твоими»; и что Он ненавидит всех, делающих беззаконие¹⁸, постеснялся бы прикасаться к Его Телу, чтобы не погибнуть от ангельского меча. Но поскольку многие из таковых, живущих в миру, из-за стыда перед людьми, чтобы не показаться недостойными, отваживаются на божественное Причащение и, если кто-то препятствует их дерзости, не понимают, что делают то, что их бесчестит, но если встретится препятствие к непорочному Причастию, они с настойчивостью предаются безрассудству, совершенному пренебрежению, отчаянию и погибели и не благодарят того, кто препятствует великой опасности, большей которой нет и не было: ведь из-за недостойного Причастия они оказываются виновными против Тела и Крови Христовых¹⁹ (а есть ли что тяжелее, чем подвергнуться такому наказанию, которое должны будут принять распявшие Христа?); с таковыми следует поступить так: собрать вместе все братство и ради него призывать со слезами Бога, да предаст его [Бог] сатане во измождение плоти, чтобы дух был спасен в день Господа нашего Иисуса Христа²⁰.

Что же значит для него быть преданным сатане во измождение плоти? Чтобы тело было отмечено различными неисцелимыми болезнями, страданиями, мучениями, ударами и ранами, а также всевозможными недугами, как поразил диавол Иова проказою лютою от подошвы ноги его по самое темя его²¹, чтобы хоть и невольно, но пришел бы он в себя из-за сокрушения тела, и [тогда] то, чего не хотел исполнять, будучи здоровым, станет исполнять со стенанием и скорбью: ведь когда согрешит душа, Бог наказывает тело. А святость божественного Причастия имеет крепкую силу и власть отпускать грех и очищать душу от привязанности и стремления к нему. И как невозможно в одном сосуде находиться огню и воде, так [не могут пребывать вместе] Тело Христово и гнусный грех в одном человеке-христианине. Но если даже тот, кто любит грех и [при этом] причащается святого Тела Христова и Его пречистой Крови, не умирает тотчас, ему назначается место там, где червь не умирает и огонь не угасает²². Итак, если может он гореть и терпеть во веки веков вместе с диаволом, то пусть причастится без страха. Если же нет, то лучше для него на время быть отстраненным от святого Причастия, покаяться, поплакать перед Богом, немного потрудиться, в чем ему следует, несколько удержаться от постыдных дел и тогда без опасений причаститься, чтобы был умерщвлен вошедший в него сатана, властно влекущий его к распутству и прочей нечистоте. Ведь тот, кто чрезмерно любит постыдные дела, любит их не сам по себе, но находится под воздействием диавола, которым он сначала был уловлен и через стремление к наслаждениям открыл ему дверь, в которую тот просунул свою главу, а теперь, войдя мало-помалу, полностью возлегает как бы на ложе сердца, так что бесноватые часто едят с удовольствием даже навоз, что следует иметь в виду тому, кому этот змей оставил хоть немного разума по великому милосердию божественного промысла; и [необходимо ему] устремиться ко Христу, Единому имеющему силу прогонять демонов и исцелять болезни, как душевные, так и телесные.

Следует, однако, знать, что святыми отцами отстраняются от божественного Причащения пять разрядов [людей]: первые – оглашенные, как еще некрещеные; вторые – крещенные, но возлюбившие нечистоту и неправду, и таковые называются отступниками от священной жизни; третьи – страдающие от враждебных и нечистых духов; четвертые – оставившие противный [благочестию] образ жизни, но еще находящиеся в покаянии; пятые – те, кто еще не предал Богу всю свою жизнь и не живет во Христе совершенно непорочно. Ибо есть четыре [состояния]: достойный, недостойный, достойно, недостойно. Недостойный совершенно лишается этой Пищи и Пития, а достойный – если приступит достойно, то достоен, если же недостойно – ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем²³. В самом деле, ведь есть пять разрядов отлученных от церкви: оглашенные, как еще некрещеные; блудники и прелюбодеи, мужеложники²⁴ и развращенные²⁵, убийцы, любостяжатели, грабители, неправедные, гордецы и беззаконники, которые, будучи таковыми, не чувствуют [этого]; третьи – одержимые демонами; четвертые – прибегшие к покаянию и исповеди, кому назначено определенное время пребывать вне [церкви]; пятые – не исполнившие еще назначенное им время покаяния. И эти пять [разрядов], очевидно, относятся к недостойным. А достоин Тела и Крови Христовых тот, кто чист и непорочен; тем не менее, когда вдруг случится, что кто-то достойный запятнает себя чем-либо, поскольку он все-таки человек, тогда таковой, хоть и достоин, причастился бы недостойно, поскольку не отбросил то, чем опорочил себя. Следовательно, тот ест и пьет недостойно, кто, будучи достойным, не приступил достойно.

О том, что люди уловляются деньгами, удовольствиями и пустой славой.

Есть три вещи, которыми пленяется всякая душа, которая приходит в эту жизнь: деньги, слава и удовольствие. И каждый человек, из-за того, что не знает, что этот мир – место страданий и умеренного наказания по причине первого преступления первого человека и отца всех людей, и только смерть является упокоением, когда начинает свою жизнь, желает денег, чтобы жить без нужды и печали, а некоторое время спустя хочет, чтобы его почитали и прославляли; когда же достигнет зрелости, желает наслаждения удовольствиями: как чувственный – чувственными, как видимый – видимыми, как временный – временными. Ведь смотрящий на видимое, не может видеть невидимого, так же как смотрящий на невидимое – видеть видимого. Но всякий, кто недавно пришел в эту нынешнюю видимую жизнь, если не будет научен, то даже и не знает, есть ли что-то невидимое, не знает и того очевидного [факта], что он – смертный и преходящий, что создан он не для нынешней жизни, а для другого, будущего мира, чтобы [сейчас] ему обучиться, приготовиться и наконец стать достойным его.

Итак, следует [человеку] знать, что если уже возобладали над ним эти три [страсти], то сам себя освободить от них он не может, даже если и хочет, как попавшийся в ловушку воробей [не может из нее] вырваться, хотя бы он и сильно хлопал крыльями. И нужна ему помощь и высшая сила, ведь крепки эти сети диавола, из-за которых человек попадает под его власть. И если окажется, что после смерти он удерживается ими, то, скончавшись, он окажется там, где находится и взявший его в рабство, ибо кто кем побежден, тот тому и раб²⁶. Ведь крепка сила трех этих вещей, поскольку они видимы, нужны для жизни и своей приятностью привлекают и приковывают к себе пожелание; а затем они убеждают пойманного ими, что только ради них он и создан. Но если он еще не уловлен ими, все равно не может он сохранить себя непойманным, но после немногого времени попадает к ним в плен, ведь диавол незаметно подчиняет нас себе, поскольку употребляет против нас взятое у нас же.

Поэтому каждый должен стараться успеть облечься во всеоружие Божие²⁷, которое многочисленно, разнообразно и различно, и всё – один Христос, то есть в разумное приобщение Ему и силу от Его полноты²⁸, которая есть жизненная сила для всякой души, без которой душе неудобно и невозможно жить и видеть. Потому что во Христа крестившиеся, во Христа облеклись²⁹, чтобы этой [силой] [христианин] жил и, будучи живым, видел и мог остаться неуловленным тремя этими вещами, поскольку тогда открываются ему настоящие блага, ради которых он был приведен в эту жизнь. Но если он уже подпал под их власть, следует ему много просить и молить Христа, а также взять и посредников, но не для того, чтобы были отпущены ему его грехи, а чтобы Христос освободил и избавил его от порабощения этим трем [страстям], потому что сам себя он освободить не может, даже если и хочет. Чтобы, когда он освободится, он просил и получил отпущение того, в чем ранее согрешил, и, благодаря приобщению божественной силы, более этим не согрешал. Ведь есть канон, который говорит: «Если кто-то скажет, что благодать Божия, которой он оправдывается во Христе Иисусе Господе нашем, имеет силу только для отпущения уже соделанных прегрешений и не подает помощи, что-бы не совершать других грехов, анафема да будет».

Но чем же удерживают три эти вещи? Некой сокровенной и незаметной сатанинской силой, которая располагает душу желать их, как будто они хороши, как будто они доставляют ей покой и радость и сохраняют ее от печалей и скорбей. И не может она спокойно заметить происходящий от противника вред, если не была прежде просвещена Богом, как можем мы видеть, что беременная женщина желает скверной [пищи], которую только она одна считает вкусной, и ест ее. Ведь только об этом всегда старается диавол: чтобы не узнали, что это делает незаметно сам он, при помощи [страстей] улавливая и похищая того, кто испытывает [страсть] и не знает таинства христианства. А таинство состоит в том, что ради веры (а не ради дел) в крещенные души входит разумная сила Божества Иисуса и показывает им, что не сами по себе предаются они любостяжанию, славолюбию и сластолюбию.

Но в те души, которые после святого Крещения были побеждены тремя этими вещами, не может иначе войти такая благодать, кроме как через приготовительные средства, в которых только и есть спасение, то есть через питье святой [воды], помазание освященным елеем и святым миром и восприятие их благоухания, вследствие чего Христос посылает этим [людям] освящение, и [эти средства] становятся очистительными для душ. Потому что лукавые духи, производящие эту безумную и бессмысленную потребность, не переносят умного вселения Святого Духа, которое совершается через эти чувственные и видимые [средства], и бегут. И когда христианин узнает, что такое свобода Христова, которую Он дарует ищущим в Нем убежища, то благодарит и не перестает благодарить Сказавшего: «Всякий, делающий грех, есть раб греха. Но раб не пребывает в доме вечно; сын пребывает вечно. Итак, если Сын освободит вас, то истинно свободны будете»³⁰.

А что потом? Когда он с таким знанием причащается божественных Тела и Крови Христовых, то становится с Ним единым, костью от костей Его и плотью от плоти Его³¹. И после того, как будет освящен, если и есть у него деньги, то он имеет их как будто не имеющий, потому что видит их, каковы они по сути; если есть у него слава, то и ее он имеет как будто не имеющий, и имеющие жен как не имеющие³², как говорит апостол, и пользующиеся миром сим, как не пользующиеся³³. Тот же [апостол] говорит и так: «А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят, и я для мира»³⁴. «Которым» означает вот что: если бы не пришел Христос и не принес бы Себя в жертву за меня, и если бы я не исполнился подаваемой Им святостью, то погиб бы, потому что нет другого спасения.

Итак, кто не узнал этого, потому что не научился, и кто не хочет этому научиться, тот безрассудно уверовал во Христа, напрасно называется христианином, и Христос ничем ему не поможет, потому что он дает диаволу бóльшую власть над собой, так как стал еще худшим грешником. Бесполезен такому пост, потому что еще больше восстают на него греховные страсти. Когда будет он петь псалмы или молиться, властно похищает его от Бога диавол, потому что предстоит он с небрежением, ведь не может он даже предстоять Ему со страхом, благоговением и разумением, но позволяет своему уму воображать нелепое и скверное и внимает этому перед Богом более, чем тому, что произносит устами. Когда творит он милостыню, губит ее, ведь если творящий милостыню не увидит, что душа его освобождается, и получает он разрешение от этих уз, то есть любостяжания, славолюбия и сластолюбия, то он потерял поданное; потому что подающий милостыню получает взамен великую милость Божию, то есть здравие души, которое есть свобода и избавление от трех этих зол, поскольку Царство Небесное принимает отходящие в иной мир души только если они здравы. Ибо тленному сему надлежит облечься в нетление, и смертному сему облечься в бессмертие³⁵. И здесь, на земле, – лечебница для болезненной и страстной природы, и корни Царства Небесного тоже здесь, внизу. Ведь если не воцарится здесь над душой Царь Христос, то не найдет она другого спасения. Сначала здесь рождается человек свыше, и тогда может он видеть Царство Божие, а тот, кто не видит над собой Царство Христово, еще не родился свыше, и непременно нужно ему родиться так, чтобы здесь увидеть Царство Божие.

Но посмотри и на различие этих трех тиранических страстей: деньги, слава и власть. Бывает, что есть один человек – любостяжатель, другой – славолюбец, третий – сластолюбец, но невозможно найти одного и того же человека, который был бы и очень любостяжательным, и чрезвычайно славолюбивым, и всецело сластолюбивым, но [каждый] побеждается какой-то одной [страстью], а другим, хоть и тоже причастен, но в меру. И человек, побежденный одной из этих трех [страстей], пренебрегает двумя другими: любостяжатель ради денег пренебрегает славой и удовольствиями; славой пренебрегает потому что ради приобретения и мелкой монеты не избегает стыда и позора, но любит приобретать деньги бесчестными, постыдными, несправедливыми и странными [способами], потому что смотрит только на приобретение выгоды; а удовольствиями пренебрегает, чтобы не заниматься пустыми делами и не расточать деньги, которые любит. Славолюбивый презирает ради славы и деньги, и удовольствия: деньги он безрассудно растрачивает, чтобы его прославляли и хвалили, а удовольствия отвергает, чтобы не стыдиться и не подвергаться поношениям. Сластолюбивый пренебрегает и деньгами, и славой: деньги он расточает беспутно на бесчинства и удовольствия, а всякую славу презирает и подвергается всевозможным бесчестиям ради наслаждений и постыдных дел. И ни один из перечисленных не желает измениться ни по причине страха перед наказанием, ни ради Царства Небесного, но наказание он осмеивает, а Царством Небесным пренебрегает.

А что потом? Любостяжатель осмеивает сластолюбивого и славолюбивого: славолюбивого – потому что тот ради славы не соглашается получать доход негодными и бесчестными [способами], а сластолюбивого – потому что ради постыдных дел расточает собственное имущество и свое богатство. Славолюбивый осмеивает любостяжателя и сластолюбца: любостяжателя – потому что тот ради приобретения денег получает доход от скверных и бесчестных дел, сластолюбца – потому что подвергает себя позору и бесчестию. Сластолюбец осмеивает славолюбивого и любостяжательного: славолюбивого – так как он ради славы, чтобы не было повода его упрекнуть, утесняет себя целомудрием, а любостяжательного – потому что ради того, чтобы не потратить деньги на пустяки, он воздержан и довольствуется малым. И каждый из них следует своему демону и безрассудно осуждает другого, не видя своей страсти, чтобы по обеим причинам, и из-за страсти, и из-за осуждения стать повинным вечному осуждению.

Поэтому умолим единственную нашу надежду, Христа, чтобы Он избавил нас от трех этих оков и освятил наш чувства, чтобы могли мы услышать божественные слова, чтобы могли мы видеть бесстрастно, чтобы произносили мы слова покаяния и благословения вместо поношения и осуждения, чтобы мы здраво прикасались и осязали, потому что если не выздоровеем мы от этих наши душевных болезней, тщетна вера, тщетно благочестие, тщетно богопочитание, тщетен пост, тщетна молитва, тщетна милостыня, поскольку все это – ради нашего восстановления и здравия. И если мы не выздоровеем, то безрассудно мы уверовали во Христа, ведь верующий во Христа имеет жизнь вечную, которая есть благодать Господа нашего Иисуса Христа. А верующий во Христа и не имеющий жизни вечной напрасно уверовал во Христа. Так пусть он просит и получит вечную жизнь, чтобы стало понятно, что он верует во Христа, потому что кто не имеет духа Христова, тот принадлежит диаволу как неверный, ведь нет никакого среднего [состояния]. Как жизнь вечная – от веры, так и вера познается по вечной жизни, которую да получим мы отныне и вовеки по милости Того, в кого эта вера, Христа.

Иоанн Златоуст, свт. 1896 – Иоанн Златоуст, свт. Творения. СПб., 1896. Т. 2. [Ioann Zlatoust, sviatitel’. Tvoreniia (Works). Saint Petersburg, 1896. Tom 2.]

Творогов 2016 – Симеон Новый Богослов, прп. Слова 1, 2 из корпуса «33 Слов» (Orationes [Dub.]) / Крит. текст, пер. с греч., предисловие А. С. Творогова // БВ. 2016. № 22–23. Вып. 3–4. С. 380–407. [Simeon Novyi Bogoslov, prepodobnyi. Slova 1, 2 iz korpusa «33 Slov» (Orationes [Dub.]) (Sermons 1, 2 from the corpus of “33 sermons” (Orationes [Dub.])) / Kriticheskii tekst, perevod s grecheskogo, predislovie A. S. Tvorogova // Bogoslovskii vestnik (Theological herald). 2016. № 22–23. Vypusk 3–4. P. 380–407.]

Творогов 2017 – Симеон Новый Богослов, прп. Слова 3, 4 из корпуса «33 Слов» (Orationes [Dub.]) / Крит. текст, пер. с греч., предисловие А. C. Творогова // БВ. 2017. № 24–25. Вып. 1–2 С. 528–572. [Simeon Novyi Bogoslov, prepodobnyi. Slova 3, 4 iz korpusa «33 Slov» (Orationes [Dub.]) (Sermons 3, 4 from the corpus of “33 sermons” (Orationes [Dub.])) / Kriticheskii tekst, perevod s grecheskogo, predislovie A. S. Tvorogova // Bogoslovskii vestnik (Theological herald). 2017. № 24–25. Vypusk 1–2 P. 528–572.]

Феофан Затворник, свт. 1892 – Слова прп. Симеона Новаго Богослова / Пер. с новогреч. свт. Феофана Затворника. М., 1892. Вып. 1. [Slova prepodobnogo Simeona Novago Bogoslova (Sermons of st. Symeon the New Theologian) / Perevod s novogrecheskogo sviatitelia Feofana Zatvornika. Moscow, 1892. Vypusk 1.]

Ζαγοραῖος 1790 – Τοῦ ὁσίου πατρὸς ἡμῶν Συμεὼν τοῦ Νέου Θεολόγου Τὰ εὑρισκόμενα / Ἔκδ. Δ. Ζαγοραίου. Βενετία, 1790.

Heil, Ritter 1991 – Corpus Dionysiacum ii: Pseudo-Dionysius Areopagita. De coelesti hierarchia, de ecclesiastica hierarchia, de mystica theologia / Ed. G. Heil, A. M. Ritter. B., 1991 (PTS 36).

Krivochéine 1963, 1964, 1965 – Syméon le Nouveau Théologien. Catéchèses / Introd., texte critique et notes par B. Krivochéine. Trad. par J. Paramelle. P., 1963, 1964, 1965 (SC 96 [Cat. 1–5], 104 [Cat. 6–22], 113 [Cat. 23–34]).

Σύνταγμα 1853 – Σύνταγμα τῶν θείων καὶ ἱερῶν κανόνων / Ἔκδ. ὑπὸ Γ. Λ. Ῥάλλη, Μ. Ποτλή. Ἀθ., 1853. Τ. 3.

Devreesse 1945 – Devreesse R. Le fonds Coislin: Catalogue des manuscrits grecs. P., 1945. Vol. 2.

Eustratiades 1924 – Eustratiades A. Catalogue of the Greek manuscripts in the Library of the Monastery of Vatopedi. Cambridge – P., 1924.

Gouillard 1973 – Gouillard J. Constantin Chrysomallos sous le masque de Syméon le Nouveau Théologien // TM. 1973. Vol. 5. P. 313–327.

Hajdú 2003 – Hajdú K. Katalog der griechischen Handschriften der Bayerischen Staatsbibliothek München. Bd. 3. Codices graeci Monacenses 110–180. Wiesbaden, 2003 (Catalogus codicum manuscriptorum Bibliothecae Monacensis 2.3).

Hardt 1812 – Hardt I. Catalogus codicum manuscriptorum graecorum Bibliothecae regiae Bavaricae. Munchen, 1812. Vol. 2.

Martini, Bassi 1906 – Martini E., Bassi D. Catalogus codicum graecorum Bibliothecae Ambrosianae. Milano, 1906. Vol. 1.

Omont 1891 – Omont H. Supplément au Catalogue des manuscrits grecs des bibliothèques de Suisse // Zentralblatt für Bibliothekwesen. Leipzig, 1891. Bd. 8. S. 22–26.

Abstract

St. Simeon the New Theologian. Sermons 5, 6 from the corpus “33 sermons” (Orationes [Dub.]) / Critical text, translation from Ancient Greek, foreword by A. S. Tvorogov

This publication continues the editio princeps of the Greek text and the Russian translation of the original Sermons of the Corpus of 33 Sermons (Orationes or Or.), attributed in the manuscript tradition of Simeon the New Theologian. The Sermons 5 and 6 are offered to the attention of the reader. The main theme of the Sermons is the Sacrament of Communion and the necessary conditions for a worthy Communion, as well as the basic sinful passions and Divine Grace as the only means of overcoming them. The Greek text of Sermons has not been published before, the Latin translation of the whole corpus was made, based on the late (XVI century) manuscript, and a Modern Greek translation of individual Words, including the fifth and sixth. The introductory article shows the dependence of some ideas and terminology on the treatise “On the Church Hierarchy” from the Areopagitic corpus. The attribution of the Sermons to St. Simeon the New Theologian is now being questioned. The Greek text and discrepancies are given on the basis of the six most important manuscripts, the earliest of which dates back to the late XI – early XII century.