II глава. Религиозные движения в Чехословакии после Первой мировой войны

Православная вера, проповедуемая чешскому народу равноапостольными славянскими проповедниками святыми Кириллом и Мефодием и их учениками, вследствие происшедших неблагоприятных для чешского народа обстоятельств в историческом прошлом, постепенно была притесняема, а впоследствии искоренена правящими властями и католической иерархией, однако прадедовская кирилло-мефодиевская традиция и любовь к понятному православному богослужению и восточному обряду – и при существующих в то время тяжелых политических обстоятельствах – беспрерывно жили в чешском народе и передавались из поколения в поколение.

В предыдущей главе было кратко изложено, как чехи в течение многовекового рабства предпринимали попытки вернуться к православию предыдущих поколений и одновременно освободить свои земли от чужестранного немецкого владычества. По окончании Первой мировой войны и падения Австро-венгерской монархии они получили все юридические, политические и социальные условия для создания, а точнее говоря воссоздания независимого чехословацкого государства. Так, 28 октября 1918 года была основана Чехословацкая республика, которую возглавил Томаш Масарик, профессор, философ, социолог и политик, снискавший признание как борец за свободу малых народов, главный организатор чехословацких легионов в России и победоносный руководитель народной революции¹⁸. В объединенное государство вошли Чехия, Моравия и Словакия, а в 1919 году к ним присоединилась и Закарпатская Украина.

После окончания Первой мировой войны на территории образовавшейся Чехословацкой республики, в которой была провозглашена свобода вероисповедания, возникло движение к восстановлению прадедовской православной веры. Это движение возникло в двух частях республики: в западной – в Чехии и Моравии – и в восточной – на Подкарпатской Руси и восточной Словакии. Протоиерей Радомир Попович пишет, что «в тех землях в то время была широко распространена поговорка – дальше от Рима, к прадедовской вере, к Православию»¹⁹.

В Праге уже в 1920 г. начала свою деятельность Православная церковная община (Československá obec pravoslavná), вокруг которой сплотились члены бывшей «Православной беседы в Праге» (“Pravoslavné besedy v Praze”) с целью подготовить почву для создания автокефальной Церкви в Чехословакии. В предыдущей главе в общих чертах указано на существование и значение «Православной беседы в Праге».

Православной церковной общине удалось на короткое время получить со стороны государства для своих богослужебных нужд и православный храм святого Николая в Праге, который до Первой мировой войны снимало Русско-славянское общество из Петрограда для нужд православных пражских верующих. В архиве Священного Архиерейского Синода Сербской Православной Церкви сохранилось письмо епископа Досифея Васича Священному Архиерейскому Синоду Сербской Православной Церкви от 6/19.12.1919 г. касательно этого храма: «В конце девяностых годов прошлого века между администрацией города Праги и Петроградским Русско-славянским Обществом был заключен договор, по которому пражский храм в честь свт. чудотворца Николая переходил упомянутому обществу на 32 года для нужд как православных чехов, так и прочих православных христиан, которых в этом городе всегда было большое количество... Русско-славянское общество выполняло свои обязательства по отношению к городу и пользовалось этим храмом до начала мировой войны. В тот год председателем православной общины был Милош Червинка, по национальности чех... Австрийские власти действительно издали приказ опечатать храм... Администрация города в 1918 году ответила на запрос, что русские не имеют более права на храм, потому что с 1914 года и далее не оплачивали предусмотренные договором суммы... По решению суда Праги, членами которого были социалисты, этот храм был сдан в аренду другому лицу, устроившему там склад материалов для искусственного удобрения почвы...»²⁰. Уже в следующем, 1920, году этот храм на короткое время перешел к упомянутой администрации, но сторонники Чехословацкой Церкви не прекратили добиваться того, чтобы храм свт. Николая перешел к ним. Естественно, что и представители русского прихода в Праге требовали, чтобы храм уступили ему как законному владельцу. В конце концов, в начале 1921 г. городские власти приняли решение передать храм Чехословацкой Церкви. Каким образом было организовано богослужение в храме св. Николая в то время, прекрасно описано в книге «Православные русские храмы в Праге»: «В храме не было престола, иконостас устанавливали перед каждой службой и по ее окончании убирали. Права настоятеля прихода были сильно ограничены. Условия были тяжелыми как для верующих, поэтому регулярные богослужения начались с зимы 1921 г.»²¹. О таком небратском и недружелюбном отношении представителей Чехословацкой Церкви к членам Православной Церковной общины писал и епископ Досифей Священному Архиерейскому Синоду по прибытии в Прагу в одном из своих отчетов²².

Митрополит Пражский и всея Чехословакии Дорофей (Филипп) в своей диссертации «Насильственное введение унии в Закарпатье 1646–1649 гг., борьба с нею и ее ликвидация в 1949; развитие православной церкви до сего дня в Закарпатье и Чехословакии» коротко упомянул о том, кто в то время играл главную роль в организации общины, и, в частности, написал, что «в самый горячий размах православного движения среди чехов к этой общине примкнул совершенно скомпрометировавший себя и выброшенный из коллектива адвокатов Милош Червинка и сразу же сыграл ведущую роль в православной церковной общине... в качестве настоятеля прихода пригласила священника Алексея Ванека, а в помощники ему взяли прот. Луку Ольхового. Они обслуживали этот православный приход в Праге около двух лет. А в 1921 г. пригласили из Волны архимандрита Савватия (Врабеца)²³..., этнического чеха, выпускника Уфимской Духовной Семинарии и Киевской Духовной Академии, в 1920 г. назначенного заместителем Волынского епископа и ректором Холмской Духовной Семинарии»²⁴. В это время был разработан статут общины, и в 1921 г. он поступил в Министерство по делам религии для утверждения.

В своем намерении начать организацию православной Церкви в Чехословацкой республике Чешская Православная община Праги обратилась с прошением Его Святейшеству Патриарху Сербскому господину Димитрию (Павловичу) о том, чтобы Сербская Православная Церковь взяла их под свою духовную защиту и помогла с организацией Православия в тех землях. Прошение было составлено в Праге 29 февраля 1920 г. Среди прочего члены этой общины написали и следующее: «Православные чехи, возвратившиеся десять лет назад в лоно подлинной Церкви своих предков, чтобы устранить ошибки, совершенные их отцами, отклонившимися от истинной их веры, возвратившись к истинной вере, они желают распространять ее и проповедовать среди своих братьев, которые до настоящего времени находятся в заблуждении...». Далее в тексте прошения они говорят: «Благодаря Вашей милости мы имеем здесь православного священника, и можно было бы приняться за более плодотворную работу, но чтобы достичь в этом деле успеха, нам нужна помощь и содействие со стороны тех лиц, которые прежде всего сочувствуют нам в этом святом деле. Приходим к Вам, Ваше Высокопреосвященство, просим Вас покорнейше взять под свою защиту православную церковь братского нам сербского народа, не желая быть Вам, Ваше Высокопреосвященство, дальше в тягость. Только в начальной нашей работе не откажите подать нам Вашу руку помощи. Прежде всего, просим Ваше Высокопреосвященство взять под свое архипастырское покровительство нашу православную общину, а вместе с ней и православную чехословацкую церковь, чтобы под покровительством епископа, поставленного нам Вашим Высокопреосвященством, который бы управлял нашей православной церковью, чтобы мы могли свободно выполнять наши православные требования, до того времени, пока Вами будет посвящен первый чехословацкий епископ»²⁵.

Митрополит Дорофей в своем труде только вкратце упомянул, что Чешская Православная Община направила прошение Его Святейшеству Патриарху Димитрию, а также, что епископ Досифей Васич уже в августе 1920 г. посетил Чехию и встретился с представителями общины, отметив и то, что прошение было написано 8 марта 1920 г. Эта ошибка была замечена мной во всех журналах и книгах, в которых это прошение упоминалось. Прошение написано, как следует из исконного документа, 29 февраля 1920 г., а 8 марта 1920 г. через наше посольство оно было направлено в Сербскую Патриархию. Значит, 8 марта 1920 г. эта община передала ранее написанное прошение в Посольство Королевства сербов, хорватов и словенцев в Праге.

Епископ Досифей Васич действительно в августе 1920 года находился на территории Чехословацкой республики, но в большей степени частным образом, из-за болезни и проблем со здоровьем, которые были вызваны тяжелой жизнью в плену и истязаниями болгар во время его заточения в период Первой мировой войны. Пребывая на лечении в санатории Карлсбада, епископ встретился с представителями Чехословацкой православной общины и ознакомился с текущим религиозным положением.

Осталась неизвестной причина, по которой ни Священный Архиерейский Собор, ни Священный Архиерейский Синод не ответили на это прошение, несмотря на то что это было первое прошение, направленное в адрес Сербской Патриархии со стороны одной из вновь появившихся общин по организации Православной Церкви в Чехословацкой республике. Во время первого пребывания епископа Досифея как делегата нашей Церкви по организации Православной Церкви в Чехословакии эта община вновь через него направила прошение Священному Архиерейскому Собору Сербской Православной Церкви 29 марта 1921 года, № 132. К сожалению, и в этот раз Священный Архиерейский Синод не направил никакого ответа общине. В сообщении епископа Досифея Священному Архиерейскому Собору от 17/30 апреля 1921 г. говорится об этом прошении: «Еще в прошлом году здешняя православная община обращалась через нашего чрезвычайного уполномоченного министра И. Хрибара к нашей Церкви. Не получив никакого ответа из Белграда, община вновь обратилась к нам. Нам неизвестно, что было предпринято по этим обращениям и прошениям и достигли ли они вообще тех, кому направлялись»²⁶.

Не дожидаясь ответа из Белграда, епископ Досифей принял настоящее участие в делах православной общины, которое будет иметь ключевое значение в решении проблемы, которая появилась из-за вмешательства Константинопольской Церкви в миссионерскую деятельность Сербской Православной Церкви и ее делегата епископа Досифея. Далее епископ Досифей пишет: «Не сомневаясь, что Священный Синод примет здешнюю православную чешскую общину под свое покровительство, мы обещали ей нашу помощь, пока она не попадет под покровительство Сербской Церкви. В то же время мы предприняли шаг к началу ее организации. ... Чтобы все это было можно осуществить, мы уже дали необходимые инструкции влиятельным членам этой православной общины – др. Червинке, председателю общины г. Риксу и русскому представителю Рефальскому».

Далее в отчете епископа Досифея говорится о задачах, которые стоят перед Чешской православной общиной и нашей миссией:

1. Найти храм, в котором проводились бы регулярные богослужения.

2. Открыть воскресную школу не только для детей, но и для взрослых в связи с большим интересом к православному учению.

3. Основать религиозно-просветительское общество в духе Православной Церкви.

4. Как можно скорее основать православный религиозный журнал.

В заключение отчета епископ Досифей пишет: «Если Священный Синод согласится с нашими намерениями и программой, которая здесь изложена, просим дать нам полномочия, что мы можем взять под наше покровительство, т. е. под покровительство нашей Патриархии, здешнюю православную общину и начать исполнять дела в том направлении, которое сочтем самым приемлемым, и по этому вопросу можем особенно рассчитывать на материальную поддержку со стороны нашей Церкви»²⁷.

К сожалению, не все задуманное по организации Православной Церкви в Чехословацкой Республике, также как и роль православной чешской общины, практически осуществится во благо Православия. Всего за два года члены Чехословацкой Православной общины своими неразумными и горделивыми властолюбивыми действиями создадут раскол в молодой Чехословацкой Церкви, который по стечению исторических обстоятельств после Второй мировой войны будет преодолен, а его организаторы, забытые всеми, окончат свои дни.

Несомненно, причина раскола кроется во властолюбивых помыслах архимандрита Савватия и других, но немалая доля ответственности ложится и на Священный Архиерейский Синод в связи с несвоевременными и неэнергичными решениями вопроса о статусе Чешской Православной общины. О промедлении в принятии решений Священный Архиерейский Синод предупреждал в своих сообщениях и епископ Досифей, как и церковные издания того времени.

По окончании Первой мировой войны и создании свободной Чехословацкой республики помимо Чешской Православной общины появляется еще одно новое религиозное движение со стороны реформаторски настроенного духовенства Римско-католической церкви. В реформаторской программе священники в своих требованиях опирались на времена Древней Церкви как исконную форму христианства, которую сохранило Православие, и хотели воссоздать дух древних христиан. Поэтому они требовали введение чешского и словацкого языка в богослужение, подъема истинного религиозной и нравственной жизни в стране, создания самостоятельной церковной организации, расширение прав народа, как это было в исконной Церкви. Они требовали отмены целибата, выбора епископов при согласии священников. С отказом от «Обновления» в 1919 году в Ватикане в Католической церкви Чехословакии произошел раскол и была создана самостоятельная Чехословацкая церковь.

Возглавил ее католический священник Б. Заградник-Бродский, человек одаренный, литератор. Инициаторы движения объявили себя компетентными формулировать в духе XX века вероучение и каноны новой Церкви. Свободное отношение лидеров этого движения к формулам вероучения смутило религиозные чувства отдельных его членов, которые начали выражать пожелания об установлении более жестких канонических норм своей церкви. Сам Б. Заградник-Бродский, видимо, понял недостатки вновь образованного общества, так как не возражал против принятия и вероучения, и канонов Православной Церкви.

Но вскоре это новое религиозное движение Чехословацкой Церкви возглавил радикальный, настроенный в протестантском духе бывший римско-католический священник доктор богословия Карел Фарский, который самоуверенно утверждал, что чешский народ призван показать миру новую религиозную реформацию в духе современности. Его авторитет и выступления имели большое влияние на остальных видных членов Чехословацкой церкви. В этом движении выкристаллизовались два направления: консервативное, во главе с Б. Заградником-Бродским, склонявшимся к воссоединению с Православной Церковью, и направление радикалов во главе с доктором Карелом Фарским.

Помимо этих двух фракций бывших римско-католических священников, которые формально в той или иной степени пришли к согласию взять за основу новой церкви догматическое и каноническое учение Православной Церкви, следует особо отметить личность священника Матея Павлика, который в начале этого движения был выдающимся радикальным реформатором, а позднее, поняв, что истина заключается в Православии, занял четкую позицию единства в полном смысле этого слова с Православной Церковью. Своим соратникам по религиозному движению, утверждающим, что «чешский народ призван произвести реформу в Церкви в духе современности», он говорил: «Основать новую Церковь не может человек XX столетия... А потому нам остается только одна дорога – к трезвому, легкому и успешному решению весьма щепетильного вопроса – собрать весь народ воедино. Наша Церковь должна быть оформлена на принципах канонов: отбросить из католического вероучения только то, что расходится с древнехристианской традицией и вероучением»²⁸. Священника Матея Павлика и его сторонников Моравии мы вполне можем определить как четвертую, чисто православную фракцию религиозного движения в Чехословацкой республике.

О своей независимости Чехословацкая Церковь объявила 8 января 1920 г., а 15 августа 1920 г. на основании параграфа 2 Закона от 20 мая 1874 г. № 68 р. З правительством Чехословакии Чехословацкая Церковь была признана законно действующей.

Поскольку внешняя организация Чехословацкой Церкви склонялась к Православию, но внутренняя еще не была к этому готова, ее делегаты обращаются с первым меморандумом 3 сентября 1920 г. к Священному Архиерейскому Собору Сербской Православной Церкви, чтобы ее делегат в лице епископа Досифея помог в организации Православной Церкви. Выбор Сербской Патриархии был обусловлен тем, что ее юрисдикция была еще до начала Первой мировой войны единственной официально признанной на территории Австро-Венгрии (Закон от 10 августа 1868 г.). Это юридическое положение Сербской Православной Церкви было подтверждено законом Чехословацкой республики от 28 октября 1919 г.

При составлении первого меморандума руководители Чехословацкой церкви заняли радикальную позицию и вставили в догматический православный текст меморандума добавление: «включая и свободу совести и свободного религиозного развития».

Для собора Чехословацкой Церкви 8 января 1921 года молодой священник Матей Павлик неожиданно получил задание подготовить реферат об основах верований упомянутой церкви. Павлик знал, что будут необходимы компромиссы для того, чтобы движение и впредь осталось единым. Он хотел, чтобы церковь приняла Никейско-константинопольское вероисповедание и решение первых семи Вселенских Соборов и соединилась с Православной Церковью, чтобы в то же время осталась свобода теологической научной работы, а тем самым возможность попытки создания нового чешского типа христианства в будущем. Но дальнейшее развитие событий показало, что компромисс был неправильным решением. Большинством голосов собор Чехословацкой Церкви принял вышеупомянутые условия священника Павлика, т. е. высказался за принятие православного вероучения и присоединение к Православной Церкви. Об этом соборе и его решениях коротко упомянули в своих работах заслуженный профессор К. Е. Скурат в «Истории Поместных Православных Церквей», митрополит Пражский и всея Чехословакии Дорофей в вышеупомянутой диссертации, Радомир Едлинский в «Горазд – епископ Чешско-Моравский», не упоминая источник, из которого им известно о проведении этого собора. Следует отметить, что епископ Досифей ни в одном из своих отчетов Священному Архиерейскому Синоду не указывает на проведение этого собора, также нет и никаких других материалов в архиве Сербской Православной Церкви, которые бы указывали на проведение упомянутого собора 8 января 1921 г. В то же время никто из упомянутых историков не приводит дату, когда написан этот меморандум, так что легко можно перепутать, что в действительности этот меморандум написан на том соборе 8 января 1921 г., а не 3 сентября 1920 г.

Не опровергая проведения Собора Чехословацкой Церкви 8 января 1921 г., приходим к заключению, что в основном члены упомянутого религиозного движения согласились в одном. За основу своего вероучения и устройства выбрать догматы и каноны Православной Церкви, а также предоставить их организацию Сербской Православной Церкви посредством ее делегата, епископа Нишского др. Досифея Васича. И при такой позиции у части главного комитета все еще существовало стремление осуществлять развитие новой церкви на основе «свободы совести». Такая позиция его членов приведет в 1924 г. к разделению Чехословацкой Церкви на православную и протестантскую Гуситскую Чехословацкую церковь.

После направленного меморандума Священному Архиерейскому собору Сербской православной церкви члены Чехословацкой Церкви ожидали ответа Сербской Церкви и приезд ее делегата, епископа Нишского др. Досифея Васича, в Прагу.

До балканских войн 1912–1913 гг. сербский народ жил в четырех государствах и имел шесть отдельных Церквей. В политическом плане сербы жили в Сербии и Черногории, а также в Австро-Венгрии и под турецким владычеством в Македонии и Старой Сербии. В церковном отношении существовало три Автокефальных Церкви: в Сербии, Черногории и Карловацкая Митрополия. Старая Сербия, Македония и Босния зависели от Константинопольского Патриарха, а Далмация была в составе Буковинско-Далматинской Митрополии. После народного освобождения и объединения 1918 г. требовалось законным путем провести объединение всех наших церковных областей в одну единую Сербскую Церковь в соответствии с 17-м каноном IV Вселенского собора и 38-м каноном Трульского собора²⁹. С этой целью была созвана конференция наших епископов 18/31 декабря 1918 г. в Сремских Карловцах, под председательством архиепископа белградского и митрополита Сербии Димитрия (Павловича). Тогда в принципе было решено провозгласить объединение Сербских Церквей. Вторая конференция состоялась в Белграде с 24 по 28 мая 1919 г., и главным предметом было решение от 13/26 мая 1919 г. № 19 – провозгласить духовное, нравственное и административное единство всех Сербских Православных Церковных областей. После заключения всех соглашений с остальными Церквями и с Константинопольской Патриархией митрополит Димитрий как председатель Центрального Архиерейского собора созвал всех архиереев Сербской Православной Церкви в Белград 27 августа 1920 года на совместную конференцию. После этого все архиереи отправились в Сремские Карловцы, где на праздник Собора сербских святителей 30 августа/12 сентября 1920 г. в большом зале патриаршего двора самым торжественным образом было провозглашено возрождение единого Сербского Патриархата³⁰.

Так объединенная Сербская Православная Церковь, вновь вознесенная благословением Божьим и молитвами первого архипастыря сербского Св. Саввы в ранг Патриархата, могла духовно и материально выполнять возложенную на нее миссию исторического возвращения чешского и словацкого народа в лоно Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви, что станет невозможным по окончании Второй мировой войны, когда свою миссию в Чехословацкой республике Сербская Церковь передаст Русской Церкви.